Уникальный проект музея: День в истории Кубани

Краснодар

Гимназическая 67

О русской охоте говорили в музее Фелицына

В музее Фелицына в рамках выставки “Оружие и охота” состоялась увлекательная лекция, посвященная русской охоте, которую провел научный сотрудник отдела истории, этнографии и природы Юрий Федорович Бунин.

Гости встречи узнали, что охота всегда являлась неотъемлемой частью человеческой жизни. И если сначала она была способом добычи пищи, то со временем превратилась скорее в развлечение. В России княжеская и царская охота имела грандиозный размах, невиданную пышность и ослепительную роскошь.

Славянские князья издревле любили заниматься ловлей зверя. Кроме того, они превратили это не просто в развлечение, а в своеобразную подготовку к военно-походной жизни. Молодые княжичи обучались верховой езде, обращению с оружием, учились убивать. Для взрослых воинов охота была хорошей тренировкой и способом держать себя в форме.

Княжеская охота впервые упоминается в летописях 10 века (предание о женитьбе Игоря Рюриковича). Она входила в обязательную традицию всех древнерусских князей, и с каждым поколением увеличивала свой размах. Часто в летописях помимо дел правителя можно найти описание его охотничьих забав: любимые угодья («ловчии пути»), собаки, предпочитаемое оружие, добытый зверь.

Особое внимание в своем выступлении Юрий Бунин уделил формам охоты. Участники мероприятия узнали о традиционной русской соколиной, псовой и ружейной охоте.

Соколиная охота – самый древний вид забавы русских князей и царей. Большими любителями соколиной охоты были Иван Калита, Дмитрий Донской, Борис Годунов, Михаил Фёдорович и его сын.

Псовая охота была больше распространена среди бояр и помещиков в 18-19 веках. Ружейная охота пришла к нам вместе с модой на всё западное в конце 17 века. Благодаря лёгкости в добычи зверя и относительной дешевизне, эта охота быстро получила распространение среди бояр и средних слоёв общества. Цари же долгое время смотрели на неё как на холопскую забаву. Но с 19 столетия и она нашла своё признание в высших сферах. Применение ружья дало развитие засадной, загонной, облавной формам охотам. Любителем ружейной охоты был Александр II.

Отдельной темой  встречи, вызвавшей наибольший отклик и интерес у собравшихся, стало изображение сцен охоты в русской живописи.

Участники мероприятия вместе составили портрет человека, который мог бы создавать такие картины: художник должен был в совершенстве знать анатомию изображаемых животных, разбираться в повадках диких зверей и способах охоты на них. В ходе обсуждения было определено, что талант и мастерство живописца едва ли играли главную роль, для него намного важнее было не ошибиться в изображении профессиональных деталей того или иного вида охоты.

Имеющие хорошую репутацию мастера охотничьего жанра могли рассчитывать получить заказ на изображение сцен с участием высокопоставленных особ Распространены были и заказы портретных изображений любимых животных.

Например, анималист Швабе много раз писал портрет любимого сеттера Александра II по кличке Милорд.  Сверчков вошел в историю русской живописи, как создатель жанра конского портрета. Его ценили за умение передавать все стати, масть и даже характер своих «моделей». Другим известным рисовальщиком коней, собак и охотничьих сцен был Френц.

Одна из самых популярных русских картин — «Охотники на привале» Перова, где автор перенес внимание с охотничьего действия на сцену рассказа о нем во время отдыха охотников. С точки зрения развития охотничьей живописи особый интерес представляют иллюстрации к четырехтомному труду Н.И. Кутепова «Великокняжеская, царская, императорская охота на Руси» (1895–1911 годы).

Предложенные Самокишем образы древнерусских охотников стали классикой для русской иллюстрации. Он был одним из первых создателей мифа о добрых, гордых, могучих витязях, способных в одиночку биться с любым противником. В создании иллюстраций ко второму тому «Царской охоты» помимо Самокиша приняли участие В.М. Васнецов, В.И. Суриков, И.Е. Репин, К.В. Лебедев, Ф.А. Рубо, А.П. Рябушкин. Выход третьего тома стал настоящим событием в художественной жизни России, а работы Серова и Лансере следует отнести к одним из лучших из того, что было создано на охотничью тему. Например, темпера Серова «Петр II и Цесаревна Елизавета на псовой охоте».

Все темы, рассмотренные в ходе лекции, сопровождались прекрасно подобранным иллюстративным материалам. Не раз лектор встречи обращался и к экспонатам выставки.

Подобные встречи стали доброй музейной традицией и обязательно будут продолжены. Следите за анонсами в новостной ленте сайта.

Выставка “Оружие и охота” продолжит свою работу до 8 марта.